Православный медико-просветительский центр 'Жизнь'
eparchia.ru каталог православных интернет-ресурсов
Новости сайта orthomed.ru
Новости Православного медицинского сервера

 

  • НАШИ РУБРИКИ:
ИСТОРИЯ и СОВРЕМЕННОСТЬ
ГОСУДАРСТВО и ЧЕЛОВЕК
ДЕМОГРАФИЯ
НАШИ ТРАДИЦИИ
СВЯТЫНИ ПРАВОСЛАВИЯ

 

 

 

 


ПРАВОСЛАВНЫЙ МЕДИКО-ПРОСВЕТИТЕЛЬСКИЙ ЦЕНТР "ЖИЗНЬ"
при храме Благовещения Пресвятой Богородицы
в Петровском парке г. Москвы
СВЯТЫНИ ПРАВОСЛАВИЯ

ГУРИЙ, САМОН и АВИВ

28 ноября (15 ноября ст.ст.) день святых покровителей супружества и защитников семьи.

Во время последнего гонения на христиан, особенно продолжительного и жестокого, в сирийском городе Эдесса пострадали св. мученики Гурий, Самон и Авив. Гурию и Самону, после страшных мучений, отсекли головы (299-306 гг.). В тот же самый день — 15 ноября, но почти два десятилетия спустя, диакон Авив был сожжён на костре (322г.).

Только император Константин Великий положил конец гонениям, и христиане смогли спокойно исповедовать свою веру, строить храмы. В Эдессе воздвигли церковь во имя мучеников Гурия, Самона и Авива, и в одном ковчеге положили их мощи. Много чудес свершилось по молитвам этих святых мучеников. После одного из них верующие стали обращаться к этим святым мученикам эдесским за помощью в семейных делах. И до наших дней эта традиция сохранилась.

Эдесса — окраина Византии, часто подвергалась набегам диких племён, но город мужественно защищался, окруженный крепостными стенами, пока не подходила помощь императорского войска, среди которого были мужчины разных племен и народов. Однажды одному из воинов, родом готу, было назначено жить в доме вдовы по имени София. Единственным утешением этой благочестивой женщины была дочь Евфимия, девица прекрасная лицом и чистая нравом. Жила Евфимия, по восточному обычаю, на женской половине дома и никогда не показывалась на улице с открытым лицом, поэтому воин-постоялец долгое время не догадывался о её существовании. И всё-таки случайно Евфимия попалась ему на глаза. Стал воин добиваться её руки. София же и слушать о том не желала. Однако угрозами и льстивыми обещаниями готу удалось довести бедную вдову до согласия на брак дочери. Материнское сердце заранее предчувствовало беду, и потому в скорби своей София взмолилась к Господу:

— Ты, Господи — Отец сирот и Судия вдовиц! Не оставь нас без помощи в эту минуту, когда я решаюсь доверить мою бедную дочь чужестранцу. Тебя избираю я свидетелем его клятв и обещаний. Защити моё чадо от беды и напасти!

После свадьбы прошло несколько спокойных и, по-видимому, счастливых для Евфимии месяцев. Она ожидала ребёнка. В это время из столицы пришёл указ войску возвратиться в Царьград. Зять с молодой женой стали готовиться к отъезду, а для Софии началось самое тяжёлое время.

В день отъезда безутешная вдова, взяв с собою и дочь, и зятя, пошла с ними в церковь святых мучеников Гурия, Самона и Авива, сказав, что не отпустит Евфимии, покуда муж её не поклянётся именем святых мучеников любить и беречь её, всегда поступая с ней по чести. Наглый гот, положив руку на гробницу мучеников, пообещал, что до конца своей жизни будет почитать и любить свою молодую жену. София же, обратясь к святым мощам, словно бы к самим живым мученикам, воскликнула:

— Вам, святые страдальцы, вручаю дочь мою и через вас отдаю её этому чужеземцу.

Тяжела была для Евфимии разлука с матерью. Но время взяло своё: к концу путешествия она окончательно успокоилась и повеселела. Вдруг муж резко изменился в своём отношении к юной беременной жене, приказал снять все драгоценности и переодеться в простое и грубое платье.

— Если хочешь остаться в живых, — сказал он, — то забудь, кто ты такая и называйся не женой моей, а пленницей. Когда же достигнем мы дома, ты станешь рабыней моей настоящей жены. Слушайся её во всём и молчи про наш брак, а не то я убью тебя вот этим самым мечом!

Евфимия, дрожа от страха, не сразу поняла весь ужас своего внезапно изменившегося положения. Что было делать беззащитной женщине, одной в чужой стране? Оставалось только одно — оплакивать свою бедную участь и молиться святым мученикам, у гроба которых неверный муж поклялся любить и не обижать её.

Полная тревожных предчувствий за себя и за своего будущего ребёнка, въехала Евфимия во двор гота, и сразу же начались для неё нравственные пытки и унижения. Не переставала она взывать к святым мученикам: «Святые мученики, помогите мне в беде моей! Пожалейте меня, избавьте от злого насилия!» Наконец, пришло время родиться ребёнку. В Евангелии сказано, что когда жена родит младенца, то уже не помнит скорби от радости, но для Евфимии рождение сына принесло лишь новую скорбь: ревнивая госпожа, видя, как младенец похож на её мужа, решила отравить мальчика. И однажды, когда Евфимии не было дома, она напоила младенца смертным зельем. Несчастная молодая мать, потеряв своё дитя, стала терять и рассудок. Злое чувство подсказывало ей, что госпожа виновата в смерти младенца, и чтобы проверить своё подозрение, Евфимия собрала на тряпочку пену со рта умершего сына. Спустя несколько дней пришлось Евфимии подавать к столу, и она тайком смочила эту тряпочку в чаше госпожи своей. В эту же ночь госпожа-обидчица умерла. Пышные похороны и поминки длились несколько дней и, конечно, только и разговоров было, что об усопшей и о причинах её внезапной смерти.

— Это дело рук твоей пленницы, — говорили соседи готу. — Мы же знаем, что она никогда не ладила с госпожой. А тут ещё ребёночек её умер...

Все были уверены в виновности Евфимии и решили, не обращаясь в суд, поступить с ней по тогдашнему варварскому обычаю, то есть похоронили её заживо в одной гробнице с умершей. Тогда Евфимия, обречённая на неизбежную гибель, обратилась всем сердцем к Богу и молила Его из глубины души: «Дай, Господи Боже, сил! Ты видишь горесть сердца моего и бедственное моё положение в этом смрадном склепе. Ты знаешь, что именем Твоим поклялся вероломный гот не причинять мне никакого зла. Помилуй меня, Боже мой, ради святых мучеников Гурия, Самона и Авива, поручительству которых доверила судьбу мою бедная мать!»

Вдруг гробница, вместо смрада и тьмы, наполнилась светом и благоуханием, и святые мученики явились Евфимии с радостной вестью: «Не бойся, — сказали они. — Скоро будешь ты спасена!»

С благоговением взирала Евфимия на святых, с этим чувством великой радости она задремала. Пробудившись, услышала церковное пенье и снова увидела перед собой святых мучеников.

— Радуйся, Евфимия, — сказали они. — Мы исполнили наше обещание — ты свободна, иди с миром к матери твоей!

Евфимия с изумлением осмотрелась вокруг себя и увидела стены знакомого храма, знакомые иконы, горящие свечи и услышала пение. Она была уже не в мрачном склепе, а у себя в Эдессе, в церкви своих поручителей. Со слезами радости припала она к святым мощам и восторженными восклицаниями выразила им всю свою благодарность. Подошел пресвитер, и она рассказала ему свою ужасную и чудную повесть. Тотчас же послали за Софией. Мать и дочерь бросились в объятия друг другу и, рыдая, долго не могли промолвить ни слова. Потом Евфимия рассказала о всех своих несчастиях и о внезапной помощи, оказанной ей святыми мучениками. Припавши к гробнице святых мучеников, мать и дочь пробыли там целый день в благодарных молитвах. А потом, хваля Бога, рассказывали всем, как явил Господь на них Свою великую милость.

Спустя несколько лет персы напали на восточную границу Греческой Империи. Из Царьграда вновь было послано войско, в котором находился и известный нам воин-гот. Будучи уверен, что его эдесская тёща София ничего не знает о судьбе своей дочери, он решил, якобы, передать привет от Евфимии.

— Молитвами твоими, — сказал он,— Господь помог нам доехать до дому. Дочь твоя здорова, и у нас родился мальчик.

— Обманщик и убийца! — воскликнула София. — Как ты можешь так нагло врать?! Как у тебя поворачивается язык говорить о моей дочери и внуке?! Внук погиб из-за тебя, а дочь…

В это время в дом вошла Евфимия. От неожиданности нечестивый гот как бы окаменел и не мог сдвинуться с места. Местному епископу было подано подробное описание случившегося, и он представил его военачальнику греческого войска. И здесь всё открылось. Как ни упрашивали военачальника оказать милость преступному воину, он оставался непреклонен.

— Если мои воины, — сказал он, — будут позволять себе подобное, то моё войско станет не христолюбивым воинством, а бандой разбойников.

И гот был казнён. Сбылись на нём слова псалма: «Люди кровожадные и лживые не доживут и до половины».

ВЖ № 4 (44) 2007, стр. 2

 
« Пред.   След. »